система налогооблажения в кнр

:3614/12/2012 От момента введения политики реформ и открытости и прямо до 1994 или 1995 года, то есть примерно до того момента, когда была введена раздельная система налогообложения, Китай следовал экономической модели Дэна Сяопина, являвшейся, по сути, моделью Адама Смита. С 1994-1995 годов КНР перешла на другую, восточно-азиатскую модель экономики. Ее также можно назвать кейнсианской: ее суть в увеличении роли государства в регулировании экономического процесса.«Китайская модель» экономики – это миф.Ее просто не существует. Если заводить разговор о какой-то модели, принятой в Китае, то придется называть, как минимум, две. И обе этих модели мы могли наблюдать в действии в течение многих лет, поэтому нельзя говорить, что “китайская модель” - это нечто новое. От момента введения политики реформ и открытости и прямо до 1994 или 1995 года, то есть примерно до того момента, когда была введена раздельная система налогообложения, Китай следовал экономической модели Дэна Сяопина, являвшейся, по сути, моделью Адама Смита. С 1994-1995 годов КНР перешла на другую, восточноазиатскую модель. Ее также можно назвать кейнсианской: ее суть в увеличении роли государства в регулировании экономического процесса.Суть “китайской модели”, которой поет дифирамбы наше правительство – сильная рука государства. Но так было не всегда, всего лишь последние пару десятков лет. Первые 15 лет политики реформ и открытости прошли под знаменем идей “уменьшать роль государства, увеличивать роль рынка”. Тогда ресурсы, доступные правительству, все больше и больше сокращались, и в то же время роль государства в регулировании экономических процессов становилась все меньше и меньше. Возьмем, к примеру, долю доходных статей бюджета в ВВП. В 1978 году, когда Китай только начал проводить свои реформы, бюджетные доходы составляли 30% ВВП. Постепенно, вслед за развитием идей реформ и открытости, доля ресурсов, находящихся под контролем правительства, в полном соответствии с идеей “уменьшать роль государства, увеличивать роль рынка” становилась все меньше. Частный сектор же наоборот развивался, и задача распределения ресурсов легла уже на плечи рынка. Поскольку роль правительства постепенно уменьшалась, экономическую модель того времени можно назвать моделью малого вовлечения государства в регулирование экономического процесса. Эти процессы протекали одновременно: параллельно с уменьшением роли государства возрастала роль рынка и частного сектора. По сути, нам удалось с помощью реформ достичь впечатляющего прогресса в экономике именно засчет создания новой экономической системы, подразумевающей свободное распределение ресурсов и пересмотр ориентиров.Значительно изменился подход государства к двум областям. Во-первых, с аграрного сектора упор был перенесен на торгово-промышленную сферу. Общеизвестно, что промышленность и торговля экономически гораздо более эффективны, нежели сельское хозяйство, поэтому такая перестановка сделала возможным более эффективное распределение ресурсов. Во-вторых, произошел перенос внимания с государственного сектора на частный сектор. Мы знаем, что частные предприятия зачастую гораздо эффективнее государственных, а сейчас предприятия государственного сектора так и вовсе могут выживать только благодаря поддержке правительства, защищающего их долю на рынке. Уход от плановой экономики и переход к системе, когда распределение ресурсов происходит в соответствии с нуждами рынка, позволили сделать экономическую систему значительно более эффективной. И это в чистом виде модель Адама Смита, а совсем не какая-то “китайская модел

Поиск: «Китайская модель» экономики это миф (" ", )Сюй Сяонянь YPflickr.com Philip J"genstedt 23/11/2012

«Китайская модель» экономики это миф | ИноСМИ - Все, что достойно перевода Группа сайтов РИА Новости: | | | | | | |